alis_0025: (Default)
[personal profile] alis_0025
Виктор Конецкий, друг деда и добрый волшебник моего детства, превоcходно разбирался в искусстве вкусно поесть. У нас же дома в холодильнике грустно обретались болгарские перцы из банки и магазинные котлеты с картошкой. Приходя в гости, Виктор Викторович доставал меня из-под стола где я просиживала часами с книжкой и фонариком, открывал потрепанного Уленшпигеля, и прокуренным голосом декламировал наше любимое:


*
Настоятель был жирен и упитан, как откормленная пулярка. Уленшпигель
скоро догадался, на каких лугах честной отец нагуливает жир. Он узнал от
звонаря, а потом убедился воочию, что настоятель завтракал в девять, а
обедал в четыре. До половины девятого он почивал, затем перед завтраком
шел в церковь поглядеть, каков кружечный сбор в пользу бедных. Половину
сбора он пересыпал в свою мошну. В девять часов он съедал тарелку
молочного супа, половину бараньей ноги, пирог с цаплей и опорожнял пять
стаканчиков брюссельского вина. В десять часов съедал несколько слив,
поливая их орлеанским вином и молил бога не дать ему впасть в чревоугодие.
В полдень от нечего делать обгладывал крылышко и гузку. В час дня,
подумывая об обеде, лил в свою утробу испанское вино. После этого ложился
в постель, дабы подкрепить свои силы, и подремывал.
Пробудившись, он для аппетита отведывал солененькой лососинки и
опрокидывал немалых размеров кружку антверпенского dobbelknol'я. Засим
переходил в кухню, усаживался перед пылавшим камином и наблюдал за тем,
как жарится и подрумянивается для братии телятина или же предварительно
ошпаренный поросенок, на которого он особенно умильно поглядывал. Но все
же зверского аппетита он еще не испытывал. Того ради он предавался
созерцанию вертела, который точно по волшебству вращался сам собой. То
было дело рук кузнеца Питера ван Стейнкисте, проживавшего в Куртрейском
кастелянстве. Настоятель заплатил ему за такой вертел пятнадцать парижских
ливров.
Затем он опять ложился в постель, отдыхал с устатку, а в два часа
пробуждался, кушал свиной студень и запивал его бургонским по двести сорок
флоринов за бочку. В три часа съедал цыпленка в мадере и запивал его двумя
стаканами мальвазии по семнадцать флоринов за бочонок. В половине
четвертого съедал полбанки варенья и запивал его медом. Тут сонливость его
проходила, и, обхватив руками колено, он погружался в размышления.
Когда наступал вожделенный час обеда, настоятеля частенько проведывал
священник церкви св.Иоанна. Иной раз они вступали в соревнование, кто из
них больше скушает рыбки, дичинки, птицы или же мясца. Быстрее
насыщавшийся должен был угостить своего соперника жаренным на угольках
мясом с четырьмя видами пряностей, с гарниром из семи видов овощей и тремя
сортами подогретого вина.
Так они выпивали и закусывали, беседовали о еретиках и сходились на
том, что сколько их ни бей - все будет мало. И никогда между ними не
возникало никаких разногласий; впрочем, единственным предметом спора
служили им тридцать девять способов приготовления вкусного пивного супа.
Затем, склонив свои высокопочтенные головы на священнослужительские
свои пуза, они похрапывали. Время от времени кто-нибудь их них продирал
глаза и сквозь сон бормотал, что жизнь хороша и напрасно-де бедняки
сетуют.


***


*
И семь раз на дню моряки и солдаты могли наблюдать, как Ламме подходит
к монаху с каким-нибудь новым блюдом.
- Вот бобы с фландрским маслом. Ты когда-нибудь ел такие в монастыре? А
ведь ты размордел, - и то сказать; у нас на корабле не тощают. Чувствуешь,
какие подушечки отросли у тебя на спине? Скоро будешь обходиться без
тюфяка.
Поднося монаху другое блюдо, он говорил:
- А вот тебе koekebakk'и по-брюссельски. Во Франции они называются
крепами, а эти не черные, не траурные - наоборот: белые, и хорошо
подрумянились. Видишь, как с них масло капает? Вот так же из твоего пуза
скоро жир потечет.
- Да я не голоден, - говорил монах.
- Ешь, ешь! - говорил Ламме. - Это ведь, ваше обжорство, не ржаные
блины, а пшеничные, крупитчатые, ваше четырехподбородие! Эге-ге, да у тебя
уже и пятый растет! Сердце мое радуется. Ешь!
- Оставь ты меня в покое, пузан! - говорил монах.
Ламме свирепел.
- Твоя жизнь в моих руках, - говорил он. - Неужто ты предпочитаешь
веревку полной миске гренков с гороховым пюре? Я тебе сейчас принесу.
Немного погодя Ламме являлся с миской.
- Гороховое пюре любит хорошую компанию, - говорил он, - поэтому я
подбавил сюда немецких knoedel'ей: это такие вкусные шарики из муки - их
надо бросать живыми в кипяток; правда, для желудка они тяжелы, но зато от
них жиреют. Ешь сколько влезет. Чем больше съешь, тем больше доставишь мне
удовольствия. Только, пожалуйста, не делай вида, что ты сыт по горло, не
отдувайся, как будто ты объелся, - знай себе ешь! Лучше есть, чем висеть
на веревке, - как по-твоему? Покажи-ка ляжку! Тоже разжирела: два фута
семь дюймов в обхвате! Ни с каким окороком не сравнится!
Через час он опять вырастал перед монахом.
- Вот девять голубей, - говорил он. - Этих безвредных птичек, доверчиво
летавших над кораблем, убили для тебя. Не побрезгуй! Я положил внутрь
кусочек масла, хлебного мякиша; тертого муската и гвоздики, истолченной в
медной ступке, которая блестит, как твоя кожа. Его светлость солнце
счастливо, что может отразиться в таком ясном лике, как твой, а ясен он
из-за жира, из-за толстого слоя жира, коим ты всецело обязан мне.
Пятый раз Ламме приходил к монаху с waterzoey.
- Ты любишь рыбную солянку? - спрашивал он. - Море тебя и несет, море
тебя и кормит - больше оно и для самого короля не в состоянии сделать. Да,
да, пятый подбородок у тебя заметно растет, причем слева он у тебя
прибавил больше, нежели справа. Придется подпитать обездоленную сторону -
недаром господь сказал: "Будьте справедливы ко всякому". А какая может
быть справедливость, ежели жир распределяется неравномерно? На шестую
трапезу я принесу тебе ракушек - этих устриц бедноты. В монастыре их
готовить не умеют: прокипятят - и сейчас же начинают есть. Нет, кипячение
- это только пролог. После кипячения с них нужно снять скорлупку, положить
их нежные тельца в кастрюльку и долго, тушить с сельдереем, мускатом и
гвоздикой, а подливка должна быть такая: пиво с маслом, и к ним еще надо
подать поджаренные в масле гренки. Так я эти самые ракушки для тебя и
приготовил. За что дети должны всю жизнь благодарить родителей? За кров,
за ласку, а главное - за пищу. Стало быть, ты должен любить меня, как
своих родителей, и брюхо твое должно испытывать ко мне сыновнюю
благодарность. Чего ж ты так злобно пучишь на меня свои буркалы?
Сейчас я еще принесу тебе сладкого-сладкого пивного супа, заправленного
мукой и засыпанного корицей. Знаешь, для чего? Для того, чтобы жир твой
стал совсем прозрачным и чтобы он трясся под кожей. Он уже и сейчас виден,
когда ты волнуешься. Однако бьют вечернюю зорю. Спи спокойно и о
завтрашнем дне не заботься. Можешь быть уверен, что завтра ты вновь
обретешь жирную пищу и своего друга Ламме, который не преминет тебе ее
изготовить.
- Уйди! Дай мне помолиться богу! - просил монах.
- Молись, - говорил Ламме, - молись под веселую музыку храпа! От пива и
от сна ты еще разжиреешь, здорово разжиреешь! Я в восторге.
И, сказавши это, Ламме шел спать.
А моряки и солдаты говорили ему:
- С какой стати ты раскармливаешь этого монаха? Ведь он тебя ненавидит!
- Не мешайте мне, - отвечал Ламме. - Я делаю великое дело.


Я не знаю более кулинарной книги. Там на каждой странице наливают бургонского, обсуждают гентские сосиски и жарят колбаски на рашпере. И мы, закусывая колбасой с чаем, смаковали пироги с цаплей и обсуждали что могут из себя представлять zuurtje, heetekoek'ы и ортоланы в белом соусе с тмином, лавровым листом и мускатом.

Date: 2005-03-22 03:22 am (UTC)
From: [identity profile] mager.livejournal.com
Да... не в рабочее время такое читать.

Date: 2005-03-22 03:45 am (UTC)
From: [identity profile] alis-0025.livejournal.com
там еще тема пыток замечательно раскрыта. меня этот вопрос тоже очень интересовал в 11 лет

Date: 2005-03-22 05:16 am (UTC)
From: [identity profile] mager.livejournal.com
После Дворца Великого Инквизитоа на Мальте тема пыток у меня лично исчерпана

Date: 2005-03-22 08:14 am (UTC)
From: [identity profile] eutrapelia.livejournal.com
Еще Гаргантюа и Пантагрюэль, пожалуй :)

Date: 2005-03-22 01:13 pm (UTC)
From: [identity profile] mrs-f.livejournal.com
А для меня в детстве, книги, которые без бутерброда с колбасой я читать не могла, были Карлсон (тефтели) и вообще Астрид Линдгрен (особенно Эмиль), и французские сказки "Рассказы галльского петуха". Там даже бобы с салом казались чем-то восхитительным.

Profile

alis_0025: (Default)
alis_0025

April 2011

S M T W T F S
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 26th, 2017 06:37 pm
Powered by Dreamwidth Studios